• Число посещений :
  • 673
  • 27/12/2011
  • Дата :

«Арабская весна» и Запад: семь уроков истории

«арабская весна»

Не покидает ощущение, что более, чем любая другая часть бывшего колониального мира, Ближний Восток по-настоящему до сих пор не избавился от колонизации. Владея практически всеми мировыми запасами нефти, арабский мир стал целью колониального вмешательства даже тогда, когда формально обрел независимость, пишет журналист Guardian.

Искусственно порезанный на государства после первой мировой войны, он многократно подвергался бомбежкам и оккупации – США, «Израиля», Великобритании, Франции – и продолжал оставаться запертым в тисках американских баз и прозападных тиранов. Как написала в этом году палестинский блогер Лина аль-Шариф (Lina Al-Sharif) по случаю Дня перемирия: «Причина, по которой Первая мировая война еще не закончена, в том, что мы на Ближнем Востоке все еще переживаем ее последствия».

Участники восстаний в арабском мире, вспыхнувших год назад в Тунисе, протестовали против коррупции, бедности и отсутствия свобод, а не против западного господства или израильской оккупации. Но тот факт, что они отбросили диктаторов, которых поддерживал Запад, означает, что они представляют непосредственную угрозу стратегическому порядку.

Со дня падения египетского президента Хосни Мубарака западные державы и их союзники в Персидском заливе не прекращают свои контр-меры в попытках купить, сломать или присвоить арабские революции. И у них есть неисчерпаемый источник опыта: каждая восставшая страна, от Египта до Йемена, пережила десятилетия имперского превосходства.

Если арабским революциям суждено определять будущее, им следует не упускать из виду недавнее прошлое. Вот семь уроков истории западного вмешательства, почерпнутые из архивов кинокомпании Pathé News, которая в колониальную эпоху была голосом самого Вероломного Альбиона.

1.Запад никогда не откажется от своего стремления контролировать Ближний Восток, несмотря ни на какие трудности.

Возьмем последний раз, когда арабские государства начали покидать западную орбиту, это было в 1950-е годы под влиянием идей панарабизма Гамаль Абдель Насера. В июле 1958 года радикально настроенные офицеры иракской армии свергли коррумпированный диктаторский прозападный режим, установленный британскими силами.

Свержение иракской монархии привело съемочную группу Pathé в панику. Богатый нефтью Ирак стал «опасным местом номер один», предупреждают репортеры в своем первом отчете с места событий.

События развивались слишком быстро: уже через несколько дней (для вторжения в Ливию в этом году им потребовалось несколько месяцев) Британия и США ввели в Иорданию и Ливан многотысячные войска для защиты двух других зависимых режимов от восстаний последователей Насера или, как преподнесли это корреспонденты Pathé News, «чтобы остановить провал на Ближнем Востоке».

Но у них не было ни малейшего намерения оставлять в покое революционный Ирак. Менее чем через пять лет, в феврале 1963 года, Америка и Британия при помощи своей разведки поддержали переворот, который впервые привел к власти партию «Баас» Саддама Хусейна.

Перенесемся в 2003 год, когда США и Великобритания вторглись в Ирак и оккупировали целую страну. Ирак полностью попал под западный контроль – ценой дикого кровопролития и разрушений. Только благодаря упорству, с каким сопротивлялись иракцы, на прошлой неделе состоялся официальный уход американцев, но даже после этого на территории Ирака останутся 16 тысяч контрактников, инструкторов и других лиц под командованием США. Ирак не стал исключением из правила, распространяющегося на весь регион: американцы не уходят, пока их не заставят.

2. Империалистические державы всегда готовы обманываться насчет того, что на самом деле думают арабы.

Мог ли комментатор Pathé News – и колониалисты-оккупанты тех дней – действительно поверить в то, что «тысячи арабов» были искренни, исступленно славя фашистского диктатора Муссолини, когда он проезжал по улицам Триполи, столицы итальянской колонии, какой была Ливия в 1937 году. По их запуганным лицам этого не скажешь.

Кинохроника ни словом не обмолвилась о том, что треть населения Ливии погибла при жестоком колониальном правлении итальянцев, или о героическом ливийском сопротивлении во главе с Омаром Мухтаром (Omar Mukhtar), который был повешен в итальянском концентрационном лагере.

В том же духе Pathé преподносит и сообщение о визите королевы в британскую колонию Аден (сегодня часть Йемена) несколько лет спустя: «тысячи ликующих королевских подданных» радостно приветствуют «свою Королеву», и она беспечно называет это «выдающимся примером развития колоний».

На самом деле выдающимся стал тот факт, что почти десять лет спустя движения за освобождение Южного Йемена заставили британские войска эвакуировать последний аванпост империи, которые ранее устроили пытки и убийства, прокладывая себе путь через район Адена Кратер. В 2004 году в документальном фильме ВВС об Адене один бывший рядовой британской армии сказал, что не будет вдаваться в подробности, опасаясь преследований за военные преступления.

С другой стороны, увидеть истину сквозь пропаганду прошлых лет – особенно, если она подается в нарочито-нелепом стиле 1950-х годов – намного легче, чем пробиться сквозь пелену сегодняшних лозунгов.

Как известно, неоколониалисты рассчитывали на легкую победу в Ираке, и первые сообщения американской и британской прессы о вторжении тоже изображали иракцев, бросающих цветы под ноги иностранных солдат, тогда как на самом деле было в полном разгаре вооруженное сопротивление. И телерепортажи британских журналистов о войсках с туманного Альбиона в Афганистане, «защищающих местное население» от Талибана, поразительно напоминают хроники 50-х годов из Адена и Суэца.

Даже в этом году во время восстаний в Египте и Ливии западные СМИ нередко видели в толпах на площади Тахрир или в Бенгази то, что хотели видеть – а потом почему-то удивлялись, что происламские силы берут управление в свои руки и побеждают на выборах. И что бы ни случилось в дальнейшем, по-видимому, для них это опять будет неожиданностью.

3. Супердержавы приобрели некоторый опыт в приукрашивании зависимых режимов ради непрерывного потока нефти.

Что касается реакционных авторитарных режимов Персидского залива, честно говоря, они на самом деле не слишком беспокоятся. Но до того, как на многих из них повлияла волна антиимпериализма 50-х, Британия, Франция и Америка сильно постарались, чтобы нарядить марионеточные режимы того времени в одежды перспективных конституционных демократий.

Порой эти усилия быстро рассыпались в прах, как например, бодрые сообщения о «первой крупной проверке на демократию» в Ливии при американско-британской марионетке короле Идрисе, когда даже не делалось никаких попыток скрыть правду.

Наглые фальсификации против происламской оппозиции на выборах 1952 года, привели к беспорядкам и запрещению всех политических партий. Со временем Идриса сверг Каддафи, нефть была национализирована, а американская база в Вилусе – закрыта – хотя сегодня над Триполи, не без помощи НАТО, снова реет королевский флаг, а западные нефтяные компании ждут, когда можно будет начать делить добычу.

В Ираке 50-х выборы тоже закончились подтасовкой голосов и пытками тысяч политзаключенных. Но до тех пор, пока это было нужно британскому чиновничьему корпусу – окопавшемуся в качестве «советников» в Багдаде и на военной базе в Хаббании – киножурналы, демонстрировавшиеся в британских кинотеатрах тех времен, представляли Ирак при короле Фейсале как «мягкую» и «развивающуюся» демократию.

Мы видим, как в 1952 году под бдительным присмотром американских и британских послов, а также некоего «мистера Гибсона» из британской Иракской нефтяной компании, иракский премьер Нури Саид открывает месторождение нефти Зубайр недалеко от Басры ради строительства «школ и больниц» и благодаря «совместному упорному труду востока и запада».

На самом деле, это могло произойти только в случае национализации нефти. Через шесть лет Саида убили на улицах Багдада, когда он пытался бежать, переодетый в женское платье. Прошло полвека, и британцы вернулись, чтобы контролировать Басру, тогда как сегодняшние иракцы борются против попыток снова захватить их нефть в опустошенной войной стране, которую американские и британские политики вновь упорно называют «демократией».

исламское пробуждение

Любая страна «арабской весны», отказавшаяся от самоопределения ради объятий Запада, конечно, может рассчитывать на такое же изменение имиджа – в качестве зависимого режима, который будет вечно вращаться по своей орбите, как, например, коррумпированное полицейское государство Иордании, которое всегда превозносили как оазис благоразумного правления и умеренности.

4. Народы Ближнего Востока не забудут свою историю – даже если о ней забудут США и Европа.

Более широкий разрыв трудно себе представить. Когда не так давно бывший министр информации в правительстве Насера, авторитетный журналист Мохамед Хейкал (Mohamed Heikal) предостерег, что арабские восстания используют, чтобы навязать новое «соглашение Сайкса – Пико» - договор о разделе арабского востока между Великобританией и Францией после первой мировой войны – арабы и другие народы Ближнего Востока, естественно, поняли, о чем идет речь.

Договор определил, как отныне будет выглядеть регион и каковы будут его отношения с Западом. Но для большинства неспециалистов в Британии и Франции, слова «Сайкс-Пико», скорее всего, звучат также загадочно, как название модели какой-нибудь электротерки для сыра.

То же самое касается более чем вековой истории англо-американского вмешательства, оккупации и антидемократических маневров в Иране. Британские СМИ разводили руками по поводу враждебности иранцев к Великобритании, когда в прошлом месяце демонстранты атаковали посольство в Тегеране. Но те, кто знает историю, не находят в этой атаке ничего удивительного.

В свержении демократически избранного иранского лидера Мохаммеда Моссадеха в 1953 году, после того как он национализировал иранскую нефть, раскрылся весь цинизм Британии, который точно отразили документалисты Pathé в своем рассказе о тех событиях.

Демонстранты, поддерживавшие Моссадеха, изображались как жестокая разрушительная сила, тогда как организованный ЦРУ и М16 вооруженный переворот, лишивший законного премьера власти в пользу шаха, приветствовался как долгожданный «драматический поворот событий». Кинохроника осуждает избранного Моссадеха как «фактического диктатора». Во время последующего суда за измену он выразил надежду, что его судьба послужит примером тем, кто захочет «разорвать цепи колониального рабства». Настоящий диктатор и ставленник Запада шах, чье жестокое авторитарное правление привело к иранское революции, а через 26 лет – созданию Исламской Республики, превозносился как «народный правитель».

То есть, когда западные политики упрекают иранский авторитаризм или претендуют на то, что отстаивают демократические права, при этом продолжая искусственно поддерживать ряд диктаторских режимов Персидского залива, мало кто на Ближнем Востоке воспринимает их всерьез.

5. Запад всегда представлял фанатиками арабов, добивающихся независимости.

Революционный переворот, который начался в декабре прошлого года с Сиди-Бузиде, был далеко не первым народным восстанием против деспотического правления в Тунисе. В 1950-е колониальные правительства и их сторонники провозгласили движение против французского колониального правления «экстремистским» и «террористическим».

Конечно, Pathé News тоже не понравились эти попытки добиться независимости. В 1952 году ведущий киножурнала назвал одно из нападений на полицейский участок свидетельством «взрыва националистической агитации» в Северной Африке. Показывая, как колониальная полиция занимается «тщательными поисками террористов» - под дулом пистолета полицейские вытаскивали из домов ничего не понимающих людей - ведущий жаловался, что «фанатики вмешались в очередной раз и только ухудшили ситуацию».

Понятно, что он говорил о тунисских националистах, а не о французском оккупационном режиме. С тех пор арабский национализм оказался в тени происламских движений, которых и Запад, и бывшие националисты, в свою очередь, тоже осудили как «фанатиков».

На выборах в арабских странах одна за другой побеждают происламские партии, но США и их союзники пытаются приручить их, переключая их внимание с шариата на внешнюю и экономическую политику. Те, кто поддается внушению, становятся «умеренными», остальные остаются в рядах «фанатиков».

6. Иностранное военное вмешательство в страны Ближнего Востока несет смерть и разрушения, вследствие политики «разделяй и властвуй».

Для того, чтобы это доказать, вряд ли нужно рыться в архивах. Опыт последнего десятилетия достаточно очевиден. Там, где происходит полномасштабное вторжение и оккупация, как в Ираке, где погибли сотни тысяч людей, там, где начинаются бомбардировки под лозунгом «защиты гражданского населения» ради свержения неугодного режима, как в Ливии, где погибли десятки тысяч, цена для людей и общества приобретает катастрофические масштабы.

И об этом свидетельствует вся мрачная история западного «участия» в делах Ближнего Востока. Немую киноленту операторов Pathé об опустошении Дамаска французскими колониальными войсками во время сирийского восстания в 1925 году можно принять за фильм о Фаллудже в 2004 году или о Сирте этой осенью, если не обращать внимания на фески и пробковые шлемы.

Прошло тридцать лет, и то же самое случилось с Порт-Саидом во время англо-французского вторжения в Египет, ознаменовавшего смену бывших европейских колониальных государств Соединенными Штатами, ставшими господствующей силой в регионе.

Кинокадры об атаке британскими войсками Суэца, вторжении жестоких оккупационных войск в любой другой арабский город – Басру или Бейрут – стали привычным элементом современного мира, незаметно связывающим его с колониальной эпохой.

Точно так же, как и классическая империалистическая тактика использования религиозных или этнических разногласий для усиления иностранной оккупации: американской в Ираке, французской в Сирии и Ливане, британской – в самых разных странах арабского мира. В архиве Pathé множество кинохроник, прославляющих британские войска за «сохранение мира» между враждующим населением от Кипра до Палестины – и все это для того, чтобы лучше его контролировать.

Сейчас религиозные и этнические распри, поощрявшиеся при американо-британской оккупации Ирака, мобилизуются их союзниками в Персидском заливе для того, чтобы подорвать или перенаправить силы арабского пробуждения: во время разгрома восстания в Бахрейне, изоляции шиитских беспорядков в Саудовской Аравии и нарастающего межконфессионального конфликта в Сирии, где иностранная интервенция будет лишь способствовать увеличению масштабов убийств и лишит сирийцев контроля над собственной страной.

7. Западное спонсорство процесса колонизации Палестины постоянно блокирует нормализацию отношений с арабским миром.

Создание «Израиля» было бы невозможно без тридцатилетнего британского господства в Палестине и участия королевства в крупномасштабном переселении европейских евреев под лозунгом декларации Бальфура 1917 года. Очевидно, что независимая Палестина с подавляющим большинством палестино-арабского населения, никогда бы на это не согласилась.

Реальность всплывает наружу, когда смотришь одну из лент Pathé News времени арабского восстания против британского мандата в конце 1930-х, в которой показаны британские солдаты, окружившие палестинских «террористов» в Наблусе и Тулькарме на оккупированном Западном берегу – точно так же, как делают их израильские преемники сегодня.

Во имя безопасности еврейских поселенцев, говорит ведущий монотонным четким голосом, «британские войска бдительны как никогда». Эти отношения разрушились накануне второй мировой войны, после того, как Британия ограничила иммиграцию евреев в Палестину.

В силу своего колониального рефлекса британцы – в Палестине и других регионах – выдают себя за «блюстителей закона и порядка», «хозяев положения», выступающих против «угрозы мятежа» - как в бредовой иерусалимской кинохронике 1938 года.

Но первоначальная решающая связь между западной империалистической державой и сионистским проектом после создания «Израиля» переросла в перманентный стратегический альянс – за счет изгнания палестинцев, многочисленных войн, 44-летней военной оккупации и продолжающейся противозаконной колонизации Западного берега и Газы.

Безусловная природа этого союза, который продолжает быть опорой американской политики на Ближнем Востоке – одна из причин, почему американцам, возможно, будет труднее одурачить демократически избранные арабские правительства, чем диктаторов, вроде Мубарака, или монархов Персидского залива. Палестинская идея прочно укоренилась в арабской и исламской политической культуре. И не исключено, что как раньше Британия, Америке приходится бороться за то, чтобы остаться «хозяином ситуации» на Ближнем Востоке.

Автор: Соумас Майлн (Seumas Milne)

Источник: Guardian

  • Печать

    Отправить друзьям

    Мнения (0)

    Мнения