• Число посещений :
  • 729
  • 22/11/2011
  • Дата :

Почему большие исламские города не встали и не призвали людей на помощь имама Хусейна (ДБМ)?

имам хусейн

Шаг за шагом с восстанием имама Хусейна (ДБМ) (часть 10)

Когда они подвергаются испытанию [выясняется], что число тех, которые придерживаются религии, незначительно. (Хусейн ибн Али)

 

Как наш взгляд на восстание имама Хусейна (ДБМ)?

Анализ событий 61-ого года хиджры

Как поступили люди Куфы с внуком Пророка (ДБАР)?!

Участники собрания в Сакифе - истинные убийцы имама Хусейна в Кербале

Племенная злобность и жажда мести

Искажение истин ислама

Главные факторы крушения мусульманского общества после кончины пророка

Науку и веру превратили в невежество

Вопрос правления в исламе

 

Другая и, возможно, последняя тема, на которой необходимо остановиться - это вопрос о том, почему все большие исламские города, кроме Куфы и в какой-то мере Басры, хранили молчание относительно этого события, хотя в этих городах жили несколько человек из друзей пророка. Почему они не встали и не призвали людей на помощь Хусейну? Или если они не были согласны с его восстанием, то почему не потребовали от правителей городов предпринять какие-то [меры], дабы предотвратить это страшное убийство.

Для выяснения загадки этого молчания следует исследовать социальное положение каждого из этих городов и выяснить их позицию в отношении режима в Дамаске и восстания Хусейна. Необходимо также выяснить степень сочувствия жителей этих городов в отношении этого восстания или меру антипатии к этому делу. В этой главе кратко проанализируем положение этих городов.

Дамаск. Жители этой провинции со дня принятия мусульманства видели в качестве правителя этой провинции Халида ибн Валида, Му'авию ибн Абу Суфйана и Заххака ибн Кайса. В лице этих людей жители этой провинции видели образец религиозного мусульманина, и положения Корана раскрывались в действии этих правителей и их последователей. Му'авийа относительно жителей Шама своему сыну говорит: «Держи жителей Шама перед собой! Если опасаешься врага, то отправь их на войну против врага, но как только они выполнят свою задачу, то не оставляй их за пределами Шама. Верни их к своим домам, дабы не переняли обычаи чужаков». Из этого короткого разговора, который отражает духовный настрой людей этой земли и свидетельствует о дальновидности Му'авии, мы можем определить степень упорства этих людей в защите Омейядов.

Обратите внимание на эту легенду, которая больше похожа на анекдот, нежели на историческую реальность. Если основа легенды и выдумана, то, конечно, неосведомленность жителей Шама в отношении исламского режима, положений религии и родственников Пророка выглядит правдиво. Абдулла ибн Али отправил группу шейхов к Саффаху, выдав их за знатоков и мудрецов этой земли, которые готовы были все клятвенно заверять, что мы, мол, не знали, что посланник Аллаха имел других родственников, кроме Бани Умаййа, которые могли бы ему наследовать до того, как вы стали эмиром.(1)

Му'авийа правил с восемнадцатого года, когда Абу Бакр передал ему правление Дамаском, до шестидесятого года хиджры - сорок два года. Если взглянуть на перечень имен людей, которые перелились из Медины в Дамаск, то можем убедиться в том, что все они были курайшитами и мударитами. Эти люди, привыкшие к аристократическому образу жизни, когда встретились с пережитками роскоши, обмана и лицемерия Византии, то были устрашены или очарованы. Ответ Му'авии Омару относительно его склонности к роскошной жизни свидетельствует о том, что он в самом начале своей деятельности отклонился от должного поведения халифа и сторонников Пророка и был увлечен императорским методом правления византийцев. Нет сомнения в том, что когда правитель и эмир какого-то региона избирают для себя подобный метод правления, то, естественно, его подчиненные будут подражать ему.

Начиная с тридцать пятого года хиджры, когда Осман был убит в Дамаске и Али стал вместо него халифом, Му'авийа постепенно убедил жителей Шама в том, что Али является соучастником убийства мусульманского халифа, т.е. Османа. Когда Му'авийа вместе с другими мусульманами встал на путь мщения за Османа и нарушение божественного установления и потребовал от Али убийц Османа, с тем чтобы отомстить за него, но Али отказался выдать, то их вражда приобрела религиозную окраску. Когда мы сопоставим позицию Шама с позицией Хиджаза и Ирака, с их беспрекословной поддержкой Му'авии и его сына Йазида, то вновь представляется правильным следующее высказывание Ибн Кава: «Жители Шама в отношении своего имама по сравнению с жителями других регионов более подчиняющиеся, и из-за этого фанатичного повиновения Али страдал и говорил своим людям: «Я готов отдать десять человек из вас и взамен получить одного из сторонников Му'авии».(2)

Мекка. Этот город, как во времена джахилии, так и во времена ислама имел отличное месторасположение, ибо был киблой (3) мусульман, местом паломничества верующих и запретным безопасным божественным местом.

Здесь же жили родственники Пророка. Однако этот город в событиях шестьдесят первого года, устраняясь, занял положение стороннего наблюдателя.

Из знатных и известных людей города никто не отправился вместе с Хусейном в Ирак и серьезно не просил его остаться; а если б такая просьба и была, то он не исполнил бы ее, как, например, это было с сыном Зубейра, который из притворства просил об этом Али. Эта самоустраненность имела свои причины. Одной из них является то, что сын Зубейра давно сделал этот город своим плацдармом и жители Мекки и Хиджаза были увлечены им. Другая причина заключалась в том, что Му'авийа в конце своей жизни, особенно когда решил сделать Йазида свом преемником, проявлял большую любезность в отношении сыновей сподвижников Пророка, переселенцев и сторонников Пророка. Хотя после смерти Му'авии жители этого города не симпатизировали Йазиду и правительству Дамаска, однако занимали выжидательную позицию, дабы узнать, чем все это кончится. Ибо как показывают исторические события, когда Хусейн из Мекки отправился в Ирак, кроме двух-трех человек, которые, желая ему добра, просили его не ехать в Ирак, и кроме представителей наместника Мекки, которые были обеспокоены его поездкой в Ирак, больше никто не высказывал своего согласия или несогласия по этому поводу. Хотя в этом городе, как и в городах Ирака, должны были бы состояться манифестации и собрания, в которых жители потребовали бы от него остаться в Мекке и объявить себя халифом, или же отправиться вместе с ним в Ирак и находиться рядом с ним.

Из этого бейта, сочиненного сыном Аббаса, когда он узнал об окончательном решении Хусейна двигаться в направлении Ирака, явствует, что Абдулла и его сторонники не очень-то и стремились, чтобы Хусейн остался в Мекке: Когда поле действия для тебя свободно и нет там противника, Со спокойной душой делай то, что пожелаешь.

Медина. Ибн Кува так охарактеризовал Муавие жителей этого города: «Они являются наиболее сильно желающими зла и наиболее бессильным и в его устранении».(4) Хотя такое суждение не лишено зависти и зла, более того, оно вытекает из слабости [внутренней] веры, однако в городе Медине за полвека произошли большие изменения. Медина была городом, который всем сердцем принял призыв Пророка. Этот город в течение тридцати пяти лет был местом окончательного решения вопросов, связанных с мусульманством.

Кроме того, в этом городе жили многие знатные люди в исламе и здесь же они погребены. Сторонники Пророка, которые происходили от арабов-йеменцев, призвали пророка из Мекки в Медину; они также оказали Пророку помощь, чтобы одержать победу на Курайшем и взять Мекку. Курайшиты, как мы читали, были людьми торгового склада и богатыми и, поскольку считали свое племя и всех мударитов выше других арабов, смотрели на сторонников Пророка в Медине презрительно. Во время собрания в Сакифе, когда Бани Сайда, будучи главой сторонников Пророка в Медине, хотел приравнять своих людей к людям Курайша и сказал: «От нас - эмир, и от вас-эмир», то Абу Бакр не принял эти слова и сказал, что главенство принадлежит курайшитам. Во время правления Омара и Османа курайшиты и мудариты постепенно прибрали к своим рукам руководство городом, образуя класс знатных людей, и когда постепенно богатство этих людей увеличилось, они стали привыкать к спокойной и роскошной жизни. Когда Талха и Зубейр отделились от «имама времени» и отправились из Хиджаза в Ирак и Али вслед за ними прибыл туда же, то Абдулла ибн Садам преградил ему дорогу и сказал: «Не выходи из Медины, и если ты выйдешь из этого города, то никогда больше туда не вернешься». И когда Али прибыл в Рабзе, с тем чтобы оттуда отправиться в Басру, то он имел под своим началом триста сопровождающих (5), но это были в основном люди, которые жили не в Медине и прибыли сюда, когда убили Османа.

Перенос центра Халифата из Хиджаза в Ирак, хотя с политической точки зрения считался для Медины поражением, однако, с другой стороны тех, кто искал в этом городе спокойной жизни и освобождения от суеты и беспокойства, это вполне устраивало, ибо это давало им больше возможности заниматься сельским хозяйством и торговлей. Когда Хусейн отправился из Медины в Мекку, жители Медины особо не препятствовали, а это свидетельствовало, что ее жители в это время спокойную жизнь предпочитали походам и перенесению каких-то страданий. Отсюда естественно, что родня Хусейна и группа шиитов, которые жили в Медине, стали беспокоиться о его жизни, однако когда караван отправился из Медины в Мекку, то вместе с имамом оказались только его родственники.

Басра. Этот город был построен в шестнадцатом или семнадцатом году хиджры для проживания воинов. Но этот город, как и город Куфа, о котором скажем позже, стал постепенно большим городом. Поскольку город находился на побережье реки и близко к морю, то имел месторасположение благоприятное для ведения торговли. Большинство жителей этого города составляли те, кто не отправился для постоянного проживания в Куфу. Племена, которые выбрали Басру местом постоянного проживания, в основном относились к мударитам, хотя Омар во время своего правления попытался передать руководство городом в руки йеменцев. Поэтому назначил Абу Мусу ал-Ашари правителем города Басры.

Этим шагом Омар намеревался хотя бы немного уменьшить племенной фанатизм. Басра была разделена на пять частей, и каждая часть принадлежала определенному племени, таким как: Азд, Тамим, Бакр, Абдулкайс и Алия.(6) Из перечня племен явствует, что большинство из них относится к аднанитам. И Осман несколько лет оставлял Абу Мусу ал-Ашари в его должности, а затем отстранил и поставил на его место Абдаллу ибн Амира. После того как сын Амира стал правителем этого города, позиция Омейядов в Басре укрепилась. Но Али, после того как стал халифом, отстранил от этой должности сына Амира и назначил на его место Османа ибн Ханафа. Тогда Абдалла, взяв богатства, сколько мог увезти, отправился к Муавие. Когда Талха и Зубейр отделились от Али и присоединились к Айше, они выбрали город Басру местом своей активной деятельности. После прибытия раскольников в Басре завязался серьезный спор между ими и жителями города. И когда разногласия постепенно увеличились, в конце концов пришли к такому решению, что отложат окончательное решение вопроса до приезда Али в город Басру. Однако однажды ночью незваные гости напали на правителя города и подвергли его избиению. После этого напали а государственную казну и убили сорок охранников и взяли в свои руки управление городом. После прибытия Али и безрезультатных переговоров между двумя сторонниками вспыхнула война, в результате которой Басра потерпела поражение и было убито большое число людей, то есть почти не было семьи, которая не потеряла бы кого-то из своих родных. Это была первая война, которая вспыхнула на мусульманской земле. Поражение Басры оказало глубокое влияние на духовный настрой жителей города, и после этой воинов большинство жителей города стали сторонниками Османа, подобно тому как город Куфа поддерживал Али. После убийства Али, когда Муавйа стал во главе правления, он пытался насколько возможно использовать к своей выгоде пламя этой вражды.

Басрийские мудариты привлекли на свою сторону группу йеменцев Басры. Как мы говорили в предыдущих главах, когда Ирак поднялся против правительства Йазида после смерти Му'авии и призвал Хусейна ибн Али к себе, он откликнулся на письмо жителей Басры, которое написали два племени, принял их призыв, но и эти два племени также не смогли своевременно прийти ему на помощь.

Куфа. Этот город был построен в семнадцатом году хиджры Саадом ибн Аби Ваккасом для размещения своих воинов. Есть мнение, что этот город был построен в семнадцатом или восемнадцатом году хиджры. В любом случае целью возведения города вначале было размещение воинов. Но прошло немного времени, и группа сторонников пророка и другие люди направились в этот город. Чем больше одерживалось побед в восточных землях, тем все больше людей из покоренных земель прибывало в Куфу. Когда Али вслед за Талхой и Зубейром прибыл в Ирак и отправился в Куфу, повелитель города Абу Муса ал-Ашари, хотя и находился в подчинении у «имама времени», под предлогом избегания мятежа не мобилизовал людей. В конце концов его отстранили, и когда Али вошел в город, жители города присоединились к нему, с тем чтобы победить воинов Басры. После войны в Басре Али сделал город Куфу местом своего командования. После этого события Куфа приобрела между исламскими городами особый статус. В те годы, о которых мы ведем здесь речь, жителей этого города составляли различные люди, где каждая группа имела свои надежды, убеждения и мирские желания, противоположные надеждам, убеждениям, желаниям других групп. Арабы-йеменцы составляли ощутимое число жителей. О соперничестве, более того - вражде, йеменцев и мударитов мы говорили в предыдущих главах и здесь нет надобности это повторять. Из покоренных земель постепенно прибывали в Куфу те группы, которые

владели какой-то профессией или каким-то знанием, чтобы достичь определенного положения, используя свою профессию или свой талант.

После переселения этих людей, среди которых до победы ислама разные группы имели каждая свое религиозное убеждение, поддерживали различные философские течения, в этом городе была подготовлена подходящая почва для диалектических дебатов и рассуждений. В некоторых преданиях, степень достоверности которых мне не известна, мы наблюдаем, что в тридцать пятом и сороковом годах рассуждения относительно вопроса предопределения были весьма распространены в Куфе.

Однажды Али проходил мимо группы людей, которые были увлечены обсуждением данного вопроса до такой степени, что кричали друг на друга. Как нам известно, обсуждение вопроса предопределения является одной из первых тем спекулятивного характера или есть один из первых споров, возникших в исламе, предметом которого был вопрос, свободен ли человек в своих поступках или же он находится под принуждением кого-то. Конечно, общеизвестно, как сильно распространение подобного рода рассуждений повлияло на возникновение разногласий между мусульманами. К тому же люди, приехавшие из долина Евфрата в этот город, с точки зрения настроя и нравственных качеств сильно отличались от людей, которые жили на земле

Хиджаза. Проявлять крайнюю эмоциональность, мгновенно вспылить, не думать о последствиях сказанного, быстро принимать решение и быстро раскаиваться в принятом решении - неотъемлемые качества людей земли Хиджаза. История свидетельствует, что на этой земле то, что не воспринималось людьми и не доходило до их слуха - так это чувство восприятия реальности и доброжелательности, и что они воспринимали всей душой и передавали от одного другому - это высказывания, которые воздействуют на эмоции и чувства, и ценили того, кто передает такое высказывание с наибольшей эмоциональностью и темпераментом. Слушатель не вникал, что стояло за этим и какое намерение преследовалось этими громкими и грубыми, со вздутием шейных вен, восклицаниями. В конце правления Османа до того момента когда центр Халифата был переведен в Багдад и другое новое поколение возникло в общей политике ислама, жители Куфы не могли упокоиться. Когда ими управлял какой-нибудь деспотический, но способный правитель, они молча укрывались в своих домах; и как только они чувствовали бессилие своего правителя, собираясь в группы, сговариваясь, в конце концов поднимали бунт и восстание. Уместно привести сказанное нашим поэтом относительно некоторых своих земляков, что характеризует нравственное состояние этих групп:

Бессильный и несчастный [есть] жестокий и злой.

Жестокий и злой [есть] бессильный и несчастный.

Когда Му'авийа спросил Ибн Куву, какие нравы и обычаи присущи жителям городов ислама, последний ответил: «Они договариваются относительно какого-то дела, а потом группами выходят из этого дела».

Начиная с тридцать шестого и до семьдесят пятого года хиджры правителем города Куфы был назначенный Абд-ур-Рахманом ибн Марваном Хаджджадж, который своей жесткой и, более того, страшной политикой убивал веру в сердцах людей, и потому редко были годы, когда можно было видеть Куфу свободной от восстаний, стычек и раскола между людьми.

Исходя из этого непостоянства характера и изменения положения Му'авийа говорит Йазиду, что если иракцы будут каждый день требовать от него снять с поста какого-то правителя, то пусть он удовлетворит их требования, ибо легче снять с поста какого-то правителя, чем противостоять ста тысячам мечей. Му'авийа словно предвидел, к чему придут эти люди, когда советовал Йазиду относительно Хусейна и говорил: «Я надеюсь, что те, которые убили его отца и подвергли унижению его брата, помешают ему вредить тебе».(7)

Мы можем сказать, что большинство жителей Куфы, которые оказали помощь Али в сражении в Басре, а затем стояли рядом с ним в Сиффине, делали это потому, что они хотели перенести центр Халифата из Хиджаза в Ирак, с тем чтобы, достигнув этой привилегии, продемонстрировать Шаму свою мощь и силу. Нужно отметить, что соперничество Шама и Ирака не было внове.

Разногласие между Ираком и Шамом кроме племенной вражды также имело экономическую и политическую основу. В силу своего географического месторасположения Ирак до ислама находился на пути торговых отношений побережья Индийского океана и являлся посредником в торговых сделках региона, а Шам контролировал торговлю Средиземноморья. Ирак подобно кольцу соединял эти два больших торговых пути. С другой стороны, правители Хиры были сателлитами Сасанидов, а Гассаниды в Шаме подчинялись византийцам. Соперничество этих двух больших государств во многом повлияло на разжигание пламени вражды между народами этих двух регионов. Это соперничество осталось и после распространения ислама, особенно после того как Куфа превратилась в центр Халифата и Ирак приблизился к своей давнишней мечте. Однако нельзя упускать из виду один момент, а именно: насколько жители Шама были едины и непоколебимы в повиновении своему правителю, настолько для жителей Ирака было характерно использование обструкции, неуместное вмешательство в дела правительства, принятие скороспелых решений и отказ от них, что обусловливало возникновение [многих] проблем. Люди, которые месяцами мужественно стояли рядом с Али и дошли до порога полной победы, вместо того чтобы повиноваться своему имаму, как только Амр ибн Ас, используя хитрость, поднял листы Корана над своими штыками и призвал иракцев к арбитражу в соответствии с Кораном, стали сильно давить на Али, требуя принять предложение воинов Шама. Хотя Али объяснил жителям Ирака, что сын Набиги и Абу Суфйяна использует Коран только для того, чтобы избежать битвы, однако эти слова не доходили до их слуха, и когда настойчивые требования иракцев привели к решению третейского суда и арбитр из Шама обманул иракского арбитра, то куфийцы восприняли это для себя большим позором и тут же стали просить Али начать новую войну с Муавией, но поскольку Али заключил договор о прекращении боевых действий в продолжение года, то он не хотел нарушить его. Такое поведение Али задевало честь большой группы этих людей, и в результате большая группа, называемая «хаваридж» (8), отделилась от людей Али, и он, наблюдая у жителей Куфы эти колебания настроений, самомнение и непонимание последствий своих поступков, говорил:

«Жители Шама в своей лжи едины, но вы в своей правоте разногласны, и я готов поменять десятерых из вас на одного из сторонников Му'авии».

После того как Му'авийа заключил договор с Хасаном и когда последний отправился в Хиджаз, Му'авийа перестал опасаться встретиться с регулярной армией в Ираке и стал всячески преследовать иракцев. Он при помощи хитрости и уловок собрал у себя множество благочестивых и религиозных людей, якобы желая обеспечить их безопасность, а затем вопреки всем положениям мусульманской религии приказал убить их; Дале он в присутствии воинов из Шама подвергал знатных людей Ирака публичному унижению и оскорблению, и в результате пришло время, когда иракцы больше не могли терпеть этот гнет и унижение. Поэтому как только Му'авийа умер, Куфа поняла, что наступило подходящее время для осуществления нового шага в этом деле.

Без всякого сомнения, в это время небольшая группа благочестивых мусульман, живших в этом городе, была сильно недовольна тем, что образ действия времен Пророка подвергся изменению, и в глубине души страдали от этого и желали, чтобы появился справедливый имам, который мог бы устранить многолетнюю ересь; и хотя большинство людей высказывали такое же желание, но это было лишь предлогом для того, чтобы отомстить за прошлые поражения, особенно в битве при Сиффине, и возобновить вражду между йеменцами и мударитами.

Кто знает, может, была группа людей, которые еще в детстве от матери слышали легенды о Лахмидах и Гассанидах, даже не вникая в суть вопроса, и испытывали какое-то подсознательное влечение к прошлому. Возрождение этих воспоминаний словно раздуло укрытый пеплом времени огонь вражды между Ираком и Шамом, и Куфа была готова к восстанию. В результате краткого исследования ситуации в этих трех провинциях ислама и пяти важных городах, которые сыграли важную роль в судьбе мусульман, мы приходим к выводу, что после смерти Му'авии единственным, кто желал свержения режима в Дамаске и для осуществления этого предпринял действенные шаги, была Куфа. Однако, как мы говорили, всех тех, которые написали Хусейну письма, призывая его в Ирак и обещая оказать ему помощь, не волновали вопросы религии, ибо под этими облеченными в религиозную оболочку призывами были скрыты политические цели. Ираку было необходимо показать Шаму свою мощь и силу и вернуть центр Халифата из Дамаска в Куфу. Как нам известно, в тридцать пятом году хиджры в Медине собралось множество групп из Ирака и Египта, выражая протест халифу, и тем самым был заложен первый камень мятежа в исламе. Но в шестидесятом году хиджры кроме Ирака нигде не наблюдалось никаких подобных действий, а почему? Да потому, что в течение четверти века это было второй раз, когда исламское общество испытывало стремительное падение.

В конце концов Куфа подняла восстание, но, как мы увидим, это не было восстание, ибо оно опиралось на эмоциональные порывы, пламенные назидательные речи, в которых никогда не обращалось внимание на уровень мощи противника, компетентность его служащих и, что хуже всего, степень готовности к сопротивлению самих восставших.

Источник: Книга "ЖИТИЕ ИМАМА ХУСЕЙНА (ДБМ)"

Автор книги: Саййид Джа'фар Шахиди

Перевод с персидского С. Сулеймани


Примечания:

(1) Ал-Хафават ан-надира. - С371.

(2) Нахдж ал-балага. 4.2. - С. 10.

(3) Кибла - «то, что находится напротив»; направление на Мекку, а точнее - на Каабу, которое следует соблюдать во время совершения мусульманской молитвы.

(4) Та 'рих тамаддун ал-ислами. -ТА. - С.46; Табари. - Т.6. - С.2926.

(5) Тарих-и тамаддун-и ислами. - 7.4. - С.64.

(6) Икд-ул-Фарид.- Т.5. - С.115.

(7) Там же. -С.115.

(8) Хаваридж - «выступающие», «мятежники», «раскольники»; последователи самой ранней в истории ислама религиозно-политической группировки, образовавшейся в ходе борьбы ха власть в Халифате между Али и Муавией. (Прим. перев.)


Эпохальная история (6)

Эпохальная история (7)

Эпохальная история (8)

Эпохальная история (9)

Эпохальная история (10)

  • Печать

    Отправить друзьям

    Мнения (0)

    Мнения